Частота и время встреч, регулярность встреч, длительность одной встречи с психологом, пропуски и опоздания, оплата пропущенных сессий, стоимость встреч и ее изменение

Частота и время встреч
По моему опыту и в соответствии со спецификой метода наиболее эффективен режим встреч 2 раза в неделю. Очные встречи возможны по понедельникам, вторникам и четвергам, в скайпе — по средам, пятницам и воскресеньям. А время встречи может быть очень разное — в зависимости от того, что приемлемо и удобно и для клиента, и для меня. Это может быть утро с 9 часов, а вечерний прием идет до 21 часу (т.е. самое позднее начало сессии — в 20.00 по московскому времени).
Есть такое наблюдение, что работа 2 раза в неделю более, чем в 2 раза, эффективна по сравнению с 1 разом в неделю. Действительно, мне не раз приходилось замечать, что процесс психологической работы при каждой встрече клиента и психолога как бы получает импульс к движению, словно раскручивается какой-то массивных маховик турбины. До следующей встречи инерция этого движения может затихнуть — и если перерыв неделя или больше, то движение затихает довольно существенно. Кажется, что что-то остывает без подогрева между редкими встречами. А при встречах 2 раза в неделю это затихание гораздо меньше, движение продолжается, и не нужно тратить дополнительных усилий и времени, чтобы вспомнить, на чем мы остановились в прошлый раз, восстановить эмоциональный настрой, ощущение понимания и контакта между нами, — то есть создать условия для эффективной психологической работы.

Регулярность встреч
Мне представляется, что психологическая работа (будь то анализ, терапия, консультирование) обладает свойствами некоего потока, процесса, который требует регулярной подпитки, внимания. Одними сознательными усилиями полностью управлять им невозможно. Настроившись на работу, поймав некую волну душевного движения, хорошо бы поддерживать ее, помогать ей работать на вас и совершать полезные изменения. Похоже на раскачивание качелей, когда мы улавливаем естественные колебания — и стараемся движениями тела войти с ними в резонанс, усилить их. Другая аналогия — езда на велосипеде: вы сохраняете баланс и продвигаетесь вперед, пока нажимаете на педали не останавливаясь.
В этой связи важно соблюдать правила, касающиеся отмены сессий (встреч), отпусков и т.д. На этот счет нет единого правила, которого придерживались бы все психологи. Даже среди моих коллег — юнгианских аналитиков (аналитических психологов) практикуются разные варианты правил. Я придерживаюсь таких рамок:
* Встречи происходят регулярно по оговоренным дням недели, в оговоренное время, удобное обоим участникам работы. Перенос встречи мы можем сделать лишь в отдельных случаях, — например, в связи с праздничными днями. Изменение дня и времени встреч возможны, но делаются в крайнем случае, если сохранять прежнее расписание нет никакой возможности.
* Отмена или перенос встречи делаются заранее, как минимум — за сутки до встречи. Если инициатива принадлежит мне, я стараюсь сделать это как можно более заранее.
* Если клиент не может прийти в оговоренное время, он/она старается сообщить об этом заранее. Если это сделано за сутки (или ранее), то отмененная встреча не оплачивается. Если клиент отменяет встречу позднее (в последние сутки перед встречей), то оплачивает отмененную встречу (приносит деньги в следующий раз).
* Длительность встречи — 50 минут, и для нее в моем расписании выделяется определенное время. Если вы опоздали, я не продлеваю время встречи, мы закончим тогда, когда должны были закончить. Если вы пришли раньше, я попрошу вас подождать на улице до условленного времени.

Длительность одной встречи
Обычная длительность одной встречи — 50 минут. Подразумевается, что это время включает и приход, и уход, и время на то, чтобы переобуться или снять/надеть пальто, и т.д. То есть ваши 50 минут начинаются с момента вашего звонка в дверь и заканчиваются, когда вы выходите, и дверь за вами закрывается.
Соблюдение временнЫх границ встречи имеет не только социальный смысл, то есть является не только правилом этикета, приличий и т.п. В контексте психологической работы границы — это необходимая составляющая безопасного пространства, в котором клиент может чувствовать возможность свободно и безопасно раскрывать свои душевные содержания (перед собой и психологом).
Такая, казалось бы, мелочь, как соблюдение границ времени, определяет ощущение той или иной степени безопасности и надежности пространства этой работы с психологом. Если 1-2 минуты еще укладываются в возможную разницу в настройке наших часов, то 3 минуты и более — это уже отклонение от оговоренного времени. Если клиент приходит на несколько минут раньше своего времени, я прошу его все же подождать на улице. Не только потому, что мой перерыв между встречами — всего 10 минут (и тогда даже 3 минуты — это целая треть перерыва), но и потому что наше время еще не началось, и следует сохранять его границы. Если клиент приходит с опозданием, этот факт имеет не этикетный смысл (мол, опаздывать нехорошо, или наоборот — в гости принято запаздывать и т.п.), а содержательный: в процессе нашей работы что-то происходит. Поэтому этот факт нам стоит обсудить для пользы дела.

Пропуски и опоздания: никто не виноват
Итак, опоздания подвергаются анализу и обсуждению, а пропущенные встречи оплачиваются (если не предупредить хотя бы за сутки). А как же пробки, случайности, плохое самочувствие или вмешательство других людей? Клиент не виноват, что ему не вовремя позвонил начальник и надолго отвлек важным разговором, или что в метро поезд долго стоят в тоннеле, или ребенок не захотел оставаться с няней, или вдруг ухудшилось самочувствие. Разве все это не уважительные причины для того, чтобы извинить его за опоздание или за то, что он вообще не смог прийти?
Оплачивая время, которое вам выделяет специалист, вы получаете право распоряжаться этим временем так, как вы считаете нужным. Обязанность психотерапевта, в свою очередь, — пустить в работу и эти события (опоздания и т.п.), отнестись к ним также, как к другим событиям вашего процесса, — воспоминаниям, сновидениям или фантазиям.
Так что правило оплаты пропущенной встречи и соблюдение границ встречи — это не способ наказания, не выражение мести и не проявление алчности психотерапевта. Обсуждение опоздания или попыток прийти раньше, — не выражение придирчивости или раздражительности психотерапевта. То, что в обычных отношениях является фактом этикета и действительно может вызывать недовольство или некий ответный выпад ожидающего, в психотерапевтических отношениях имеет совсем другой смысл. Обсуждение любого отклонения от оговоренных границ (в частности касающихся времени) — это содержательный момент, часть работы психолога, возможность дать выразиться чему-то пока неосознанному, использовать повод для разговора, на который вы не решались.
Квалифицированному психологу в голову не придет упрекать клиента за опоздание и пропуск встреч. Для профессионала это не повод для выражения болезненной подозрительности или склонности к магическому мышлению («все связано!»), а значимый факт, который следует осмыслить, обсудить, включить в общую картину. Дело в том, что опоздание — это зачастую самый простой и не осознаваемый способ сдержать какую-то часть переживаний, мотивы, скрытые от нас самих.
Мы иногда самим себе не признаемся, что не готовы сказать о чем-то важном, волнующем, болезненном, просто трудном. Хотим удержаться от полного контакта. Выразить недовольство, недоверие, обиду на что-то произошедшее на предыдущей встрече. Сэкономить энергию на фоне какого-то обессиливающего, истощающего переживания, которое скрыто подтачивает силы. Все это только несколько примеров того, что люди могут выражать, когда опаздывают или пропускают назначенную встречу (и не только с психологом). Разговор об этом — уж конечно не обмен обвинениями и оправданиями, это не отношения работника и начальника или ученика и учителя и т.п. Нарушение границ времени может стать поводом для раскрытия чего-то зреющего в душе, и оно может иметь отношение к главным проблемам, над которыми мы с вами работаем. Не воспользоваться этим поводом для эффективности работы было бы неверно.

Оплата пропущенной встречи
В продолжение этой логики, думаю, понятно, почему пропущенные встречи оплачиваются (если не предупредить хотя бы за сутки). Когда вы отсутствуете в то время, когда должна была идти ваша встреча с психологом, ваш с ним процесс работы и отношений продолжается. Длительная психотерапия имеет свою особенность — она подразумевает отношения между ее участниками. Не дружеские, не любовные, не деловые — а просто человеческие. Вы помните и думаете друг о друге не только во время встречи. Когда вы должны были прийти и не пришли (или опаздываете), ваш психотерапевт работает с вами. Только заочно. Как шутливо и всерьез говорил кто-то из знаменитых психоаналитиков своему клиенту, сообщившему в последний момент о пропуске сессии: «Что ж, сегодня наша с вами работа пройдет без вас».
Если вы предупредили заранее о пропуске, вы оба имеете возможность хотя бы заранее эмоционально подготовиться к паузе, сохранять символическое участие в процессе, поддерживать его внутри себя — в размышлениях, фантазиях, возможно даже в сновидениях. Неожиданный разрыв процесса, когда сессия пропущена со слишком поздним предупреждением или вовсе без него, — как временный обрыв связи, потеря контакта, который потом придется восстанавливать дополнительными усилиями.
Деньги за пропущенную сессию несут именно символический смысл. Со своими финансовыми вопросами психотерапевт разбирается сам и не должен возлагать свои жизненные проблемы на клиентов, за то они ему и платят, что могут использовать его внимание и кроме денег ничего не отдавать. Кажется, на Тибете принято жертвовать монахам еду или деньги, чтобы они выполняли для мирян специальные духовные функции. Это может выглядеть трогательно и проникновенно. Мы же живем в другом обществе, и денежные отношения с психотерапевтом — это предмет индивидуальной договоренности с четкими границами, кто что кому должен или не должен.
Конечно, могут возникать различные фантазии о смысле оплаты пропущенной сессии — болезненные или забавные, мирные или недобрые. Например, что приходится «кормить» своего психотерапевта, чтобы он не терпел лишений в ваше отсутствие, или о том, что он не может справиться со своей жадностью, или о том, что он патологически придирчив или обидчив и требует компенсации за нарушение режима. У вас возникла подобная или иная фантазия? Это замечательно, значит, вы находитесь в процессе, не оборвали его, контакт сохраняется, — будет здорово, если вы поделитесь этой фантазией с вашим психотерапевтом, это станет значимой частью вашей с ним работы (как и любое другое ваше воспоминание, размышление или сновидение, например).

Стоимость встречи
Итак, деньги в длительном психотерапевтическом процессе — это средство, позволяющее не спустить на тормозах нечто значимое в вашем процессе и в ваших отношениях. Поэтому работа с психологом вряд ли может быть эффективной, если делается бесплатно — скажем, по страховке или на благотворительных условиях. Пусть для бедного человека оплата будет совсем небольшой, соответствующей его возможностям, но она должна иметь для него значение — в масштабе его личного бюджета и образа жизни. Точно также, как богатый человек должен платить сумму, соответствующую его масштабу, — иначе работа с психологом для него не будет иметь достаточной ценности и значимости. Хотя, конечно, оплата — не единственный фактор, который на это влияет.
Говорят, Фрейд где-то писал, что стоимость психоанализа должна составлять 10% дохода клиента. В принципе, примерно так и получается, если взять среднюю зарплату более или менее квалифицированных работников или просто людей из обеспеченных семей. Однако точной формулы тут быть не может. Стоимость одной встречи формируется рыночно — на основе спроса и предложения, сравнения с коллегами примерно одного уровня квалификации или с другими услугами, которыми пользуются горожане, скажем, со стрижкой в хорошей парикмахерской или стоимостью ужина в приличном ресторане.
В краткосрочной терапии (до 10 встреч) стоимость обычно примерно в два раза выше, чем в долгосрочной: в Москве сейчас это примерно 5000 против 2500 рублей для специалиста средней квалификации. Начинающие психотерапевты и психологи-консультанты могут запрашивать сумму еще в два раза меньше или вовсе символическую оплату, а «звезды» — сколь угодно много. Стоимость напрямую ничего не говорит о том, хорош ли этот специалист и подойдет ли лично вам. Ориентироваться стоит на свой здравый смысл, реальный бюджет и на то, какую субъективную ценность для вас имеет помощь психолога. Вы можете обсудить свои размышления о стоимости работы, рассказать о своих обстоятельствах и вместе с психологом прийти к цене, которая устроит обе стороны.
С какой-то поправкой тут применима фраза «Торг уместен», а поправка заключается в следующем: это не рыночный торг, где один хочет сэкономить, а другой заработать. Это поиск решения, которое даст двум людям возможность настроиться на эффективный процесс и не будет подвергать этот процесс ненужному риску. Клиент не должен изнемогать под тяжестью этих платежей или, наоборот, обесценивать происходящее. Психотерапевт должен следить за своим отношением к стоимости — она должна быть такой, чтобы он, с одной стороны, не чувствовал давления слишком большой суммы, а с другой стороны, не охладел к процессу и перестал бы уделять этому клиенту меньше внимания.

Изменение стоимости
Соблюдение границ очень важно, и к деньгам это тоже относится. В общем случае лучше не изменять стоимость работы на всем ее протяжении, это помогает поддерживать атмосферу безопасности и надежности терапевтического контейнера, в котором варится целительный процесс. Однако все же случается, что психологу приходится менять стоимость своего часа — обычно не по своей инициативе. Бывает так, что клиент начинает работу с психологом по одной цене, а потом обстоятельства изменяются в худшую сторону (скажем, он теряет работу или разводится), и тогда стоит не прерывать работу, а обсудить возможное снижение стоимости. Например, на определенный срок, до какого-то времени или события — скажем, до устройства на новую работу или иного решения проблемы. Иногда более приемлемый выход — это сделать в работе перерыв, однако выше мы говорили о том, как важна непрерывность процесса, регулярность встреч. Поэтому, на мой взгляд, лучше снизить стоимость психотерапии, чем сделать перерыв, — если такой выбор есть, конечно.
В иных случаях — не очень частых, впрочем, но они бывают, — клиент просит немного повысить цену, так как низкая цена не соответствует тому, насколько значима для него эта работа, и это несоответствие буквально мешает прогрессу.
Повышение цены сессии может происходить и без специальной причины и каких-то особых событий. Иногда — к счастью, нечасто, — мне приходится повышать стоимость работы для клиентов, с которыми мы уже находимся в процессе, из-за того, что подорожала аренда кабинета или инфляция сделала свое черное дело. В то же время, оплата — такой же содержательный фактор психотерапевтического процесса, как границы времени, и ею нельзя манипулировать без осмысления и привязки к происходящему между нами. Поэтому повышение, если уж оно неизбежно, я стараюсь привязывать к каким-то моментам, которые уже сами по себе имеют символическую нагрузку, и тогда изменение в оплате синхронизируется с этими моментами и вносит свой вклад в эту нагрузку, усиливает ее потенциал. Например, это может быть наступление нового рабочего сезона (с сентября, после моего отпуска в августе) или календарного года — зимние праздники. Новый год и Рождество для всех воплощают некий переход в новый виток жизненного цикла, кризисный момент, смерть и возрождение, следующий шаг вперед. Обсуждение околопраздничных или других сезонных размышлений, фантазий, переживаний — всегда интересный момент в длительном психотерапевтическом процессе, он дает повод поговорить о том, что остается в прошлом, что ждет в будущем, куда движется жизнь вообще и наша работа в частности. Изменение в оплате в это время может добавлять энергии в такие размышления и обсуждения, как бы подогревать процесс, отмечать его символический переход на следующий этап.
В любом случае, по какой бы причине, по чьей бы инициативе и в какую бы сторону ни менялась стоимость психотерапевтической сессии, это обязательно обсуждается. Причем, как правило и желательно, не один раз и по возможностикак можно раньше, задолго до того, как это изменение вступит в силу. Потому что — повторюсь — это не просто пункт делового договора, а содержательная часть психотерапевтического процесса, чувствительного к любым колебаниям своих рамок.

См. также:
* Когда имеет смысл обратиться к психологу?
* В чем состоит моя работа, и чем личный психолог отличается от друга?
* В чем специфика моей работы, чему я предлагаю уделять больше внимания?
* Какова примерная тематика запросов, с которыми ко мне обращаются?
* Как воспользоваться психологическими услугами, чтобы это пошло вам на пользу? (ссылки на несколько заметок)
* Каковы этические рамки работы психолога?

* Частота, время и длительность встреч с психологом (сессий).
* Общая длительность психологической работы, ожидания, объективные ограничения… Так сколько времени нужно работать?
* Готовиться ли к встрече с психологом заранее (делать ли что-то между сессиями).
* О чем говорить во время встречи с психологом.
* «А насколько часто встречаются люди, которые проходят весь путь психотерапии от начала до конца и потом перестают вообще нуждаться в помощи специалиста? Много ли таких попадалось вам за время практики? И какой метод, на ваш взгляд, самый эффективный?» — спросил меня однажды знакомый.
* Как выбрать психолога? Критерии объективные, субъективные… Чему верить?
* Анонимность, конфиденциальность, тайна психологической помощи… А пожаловаться?
* Как помогает психотерапия. Время и место.

 

(с) Юлиана Пучкова, частные консультации, индивидуальный психолог, Москва, ст. метро Китай-город.
Запись опубликована в рубрике Моя работа с метками , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий